Zhao shi gu er | Сирота из рода Чжао | Китай, 2010

   История эта произошла в период, который в мировой истории принято называть Периодом Весны и Осени (кит. Период Чуньцю). В 607 г. до н.э. князь Лин из Цзинь (620—607) погибает от руки одного из представителей могущественного аристократического рода Чжао. Через несколько лет преемник убитого князя назначает главным смотрителем Уголовной палаты Ту Аньгу, который ранее был любимцем убитого князя Лина. Тогда Ту Аньгу решает отомстить за смерть своего покровителя и истребить род Чжао полностью.
    Один из военачальников, не одобрявший этого плана, выдает его главе рода Чжао. Тот же, не видя выхода из положения, решается пожертвовать своей жизнью, а свою беременную жену, принцессу из правящего дома князя Цзина, отправляет в княжеский дворец. Вскоре войска Ту Аньгу штурмуют родовое гнездо рода Чжао и перебивают все семейство. Спасается только жена главы рода, та, что предусмотрительно была отправлена во дворец.
   Вскоре она рожает сына. Ту Аньгу сразу же посылает во дворец своих людей за младенцем, но матери удается спрятать его. Ту Аньгу решает, что ребенка вывезли из дворца и объявляет общегородской розыск.
  Два верных вассала рода Чжао, Гунсунь Чуцзю и Чэн Ин, чтобы спасти новорожденного, единственного наследника рода Чжао, придумывают план. Чэн Ин наxодит такого же новорожденного мальчика, а  Гунсунь Чуцзю прячется с ним в хижине в горах. После этого Чэн Ин выдает Ту Аньгу их укрытие. Младенца и присматривавшего за ним Гунсуня наxодят и тут же убивают. Тут следует отметить, что поведение Гунсуня четко вписывается в рамки конфуцианской добродетели абсолютной верности: "Если ты чей-то подданный и тебе могут отрубить голову вместо твоего владыки ‒ пусть будет так".

Мэй Ланьфан.

     Уже три недели в Китае бьет все кассовые рекорды новый биографический одноименный фильм о Мэе Ланьфане. Герой фильма — личность прелюбопытная. Мало того, что Мэй Ланьфан (1894-1961) на протяжении 40 лет был самым талантливым исполнителем женских ролей пекинской оперы, он положил жизнь на то, чтобы изучить, развить и сохранить ее традиции, и был практически обожествлен своим народом. Он еще и первым начал вывозить пекинскую оперу за рубеж. И влияние его спектаклей на западные умы оказалось просто невероятным. Мэя Ланьфана считали своим гуру ведущие режиссеры мира — и Мейерхольд, и Брехт, и Эйзенштейн, и Чаплин.  Могучую традицию пекинской оперы, ведущую начало со времен династии Тан, Мэй Ланьфан всю жизнь исследовал и старался систематизировать. Его жесты и мимика — это целый словарь театрального языка, который он сохранил для потомства.

Мэй Ланьфан, выдающийся артист пекинской оперы, происходит из семьи, в которой четыре поколения мужчин выступали на сцене в амплуа дань (женские роли). Он вспоминает, как начал учиться, когда ему было только восемь лет. Учитель сидел за столом и держал в руке линейку, которая имела два назначения: отбивать такт и наказывать ленивых учеников. Мэй Ланьфан стоял рядом, повторяя роль слово в слово за своим учителем. Пение преподавалось таким же путём, причём лишь после того, как вся роль была хорошо заучена. Затем начиналось обучение мимике, а также хождению по сцене мелкими шажками, открыванию и закрыванию дверей, движениям рук и пальцев, умению махать длинными рукавами, плакать, смеяться и прочее. Одновременно Мэй Ланьфан обучался и как надевать и носить костюмы на сцене. Богатые и великолепные костюмы в китайском театре часто создают большие затруднения для тех кто их носит. Так, например, Мэй Ланьфан, исполнявший женские роли дань, не мог привыкнуть к сапогам с подошвой в 2–3 дюйма толщиной, которые часто одеавют при исполнении мужских ролей. Но так как в некоторых драмах требуется, чтобы женщина переодевалась в мужской костюм, Мэй Ланьфану однажды пришлось упражнятся в борьбе в таких высоких сапогах в течение двух месяцев, пока у него не появилось достаточной уверенности для того, чтобы выступить в них на сцене. В 1912 году, когда Мэй Ланьфан уже был совершенным мастером актёрского искусства, он впервые надел костюм женщины – воина и почувствовал, как он сам рассказывает, что не в состоянии держать голову прямо из – за тяжести четырёх флажков, укреплённых на спине.