Gau lung sing zaai wai sing | Воины сумерек: Осада Коулуна | Гонконг, Китай, 2024

  

  И только сейчас понимаю, что отдавая в последние годы предпочтение сериальному формату, сколько прекрасного нового пропустила в "большом метре". Отчаянно нагоняю. Смотрю блоками по своим тематическим интересам, франшизам или просто чёс по любимым актерам, без оглядки на рейтинги фильма. И вдруг среди всего этого многообразия разной степени увлекательности - ваууу! — "Осада Коулуна". Роскошный подарок всем любителям гонконгских боевиков старой школы. Если ты не этот самый любитель, решительно проходи мимо.

  Сюжет предсказуем примерно на 146%. Братья по крови, давняя обида, месть через десятилетия, злодей, который должен был давно сдохнуть, но почему-то никак не хочет, и герой, который попадает в новую компанию, находит там братьев и заодно новую семью. А дальше — ну вы сами понимаете. Драка. Ещё драка. Большая драка. Финальная драка.

The Blood Brothers | Братья по крови | Гонконг, 1973

  Режиссёра Чжан Чэ принято именовать “Крестным отцом Гонконгского кино”, и не без оснований. Он снял более 100 фильмов в "конюшне" Братьев Шао, и способствовал формированию бренда Shaw Brothers, сделав некоторые из самых известных фильмов старой школы кунг-фу, которые нынче считаются признанной классикой. Среди них и костюмированный эпос Кровные Братья (оригинальное название Ci Ma - Убить Ма).

  Этот фильм впервые переносит на экран художественную трактовку истории убийства Ма Синьи, успешного генерала и наместника времен поздней Цин. В свое время это убийство получило широкий резонанс еще из-за того, что исполнитель был боевым товарищем генерала Ма. 

  Итак. Чжан Вэньсян и Хуан Чун промышляют грабежами на дороге, но однажды им попадается "крепкий орешек", чьё кунг-фу оказывается гораздо лучше, чем они могли предположить. Это - пока еще неизвестный Ма Синьи. Но Ма полон амбиций и планов на будущее, поэтому рассматривает как знак появление таких напарников. Уверенная в своих силах троица объединяется для победы над другими бандами, чтобы привести их под свое знамя, или, что более важно, под знамя Ма. 

Cheung Tin-Chi | Мастер Z: Наследие Ип Мана | Китай, Гонконг, 2019

Попадись этот фильм в момент его выхода на экраны, то у него было бы гораздо больше шансов на мои симпатии. Ибо вышел он в 2018 году, через 2,5 года после Ип Мана-3 и за 1,5 года до Ип Мана-4, а на безрыбье сами знаете. Упоминание Ип Мана неслучайно, ибо полное название фильма - Мастер Z: Наследие Ип Мана, и он является официальным спин-оффом франшизы, в центре сюжета - дальнейшая судьба мастера Чун Тинь-чи, бросившего в Ип Ман-3 вызов мастеру Ипу и после сокрушительного финального проигрыша, нашедшего в себе силы и достоинство признать поражение. На этом упоминание Ип Мана заканчивается на первых двух минутах фильма. А вы что хотели, история-то не про него.

War And Beauty | Война и красота | Гонконг, 2004

Title: 金枝慾孽
Cantonese / Mandarin title: Gam Ji Yuk Yip / Jin Zhi Yu Nie
Episodes: 30

  Сейчас, оглядываясь на "Чжэн Хуань" и другие дворцовые драмы, мы видим отточенный жанр: сложные женские образы, роскошные костюмы, дворцовые интриги, где каждый жест — это ход в партии на выживание. И кажется, что так было всегда. Но на самом деле у всего этого великолепия есть одна общая точка отсчёта, один сериал, который в 2004 году взял и перевернул представление о том, каким может быть китайское историческое кино.

  Большинство людей не осознают, что сериал "Война и красота" фактически породил современный жанр "дворцовых интриг". Без него, скорее всего, не было бы сериала "Императрицы во дворце" или "Истории дворца Яньси". Он разрушил романтизированный образ династии Цин и заменил его холодной, гнетущей реальностью. Запретный город стал не игровой площадкой, а тюрьмой.

   На первый взгляд сюжет обманчиво прост. Четыре женщины попадают во дворец, у каждой свои планы, и все они пытаются завоевать расположение императора. Но император — едва ли полноценный персонаж. Он тут скорее приз или инструмент. Настоящая история — это психологическая война между этими женщинами. Это история о выживании.

Huang Feihong zhi yingxiong you meng | Хуан Фэйхун: Становление легенды | Китай, Гонконг, 2014

   Эвона как! Пока я была увлечена ипманографией, совершенно упустила из виду выход нового фильма о Вон Фэйхуне. Вон Фэйхун ‒ основоположник стиля хунгар, китайский народный герой времен позднего правления династии Цин. Он единственный, чья биография (зачастую фиктивная) так широко признана в поп‒культуре. Самым известным изображением легенды является серия почти из 100 (!) фильмов (за что и попали в книгу рекордов Гинесса) 50‒60-х годов с Куань Такхином, который и сам практиковал боевые искусства, обладал медицинскими познаниями, активно занимался благотворительностью и, что самое немаловажное, по свидетельству последней жены Вон Фэйхуна имел внешнее сходство с прототипом. Другие известные воплощения Вон Фэйхуна на экране 80‒х ‒ Гордон Лю и Джеки Чан. Но тут меня хоть убей, при всей симпатии к его "Пьяному Мастеру", никак не могу аасоциировать Джеки именно с Вон Фэйхуном, для меня это будто фильм о каком‒то абстрактном мастере.
    С начала 90‒х годов "Однажды в Китае" (в оригинале "Вон Фэйхун") породила у зрителей новую волну вонфэйхун‒сумасшествия. Цуй Харк снял шесть фильмов, в первых трех из которых роль Фэйхуна сыграл Джет Ли. О, Джет Ли! После выбытия из франшизы Джета Ли, главная роль перешла к Винсенту Чжао (он, к слову и сыграл ВФХ еще и в телесериале), неплохо, но ничего особенного. Так же как и в случае с Ип Маном, кинолицом которого я считаю Донни Йена, так у Фэйхуна для меня лично может быть только лицо Джета Ли.
    Новое время требует продолжения легенды для нового поколения. Соответственно, Вон Фэйхун обзавелся новым лицом  ‒ лицом Эдди Пэна (отнюдь не новичка в киноиндустрии).

Ruan Lingyu | Актриса | Гонконг, 1992

    Китайская актриса Жуань Линъюй и так при жизни была мега-звездой, но именно смерть в 25-летнем возрасте её сделала легендой. Очень не люблю дурацких сравнений, когда восточный мир подгоняют под шаблоны западного, но зачастую это единственный выход, чтобы в паре слов показать значимость персонажа. "Грета Гарбо" китайского немого кино, именно так. Потрясающая актриса (а кто не помнит, что я отчаянный фанат Великого Немого), создавшая за свой короткий век такие мощные образы, что их по сей день включают во всяческие антологии. Кадр из самого знакового фильма Богиня моя самая любимая аватара.

Xi you ji: Da nao tian gong | Царь обезьян | Китай, Гонконг, 2014

  Для китайцев "Путешествие на Запад" ("Си ю цзи") является одним из четырех великих романов их культуры. Это произведение–аллегория. В основе повествования лежат приключения четырех монахов: Сюаньцзана, отправившегося на Запад (в Индию), в обитель Будды, за священными книгами, и его троих учеников. Трое последних обладают волшебными способностями, и благодаря им, защищают на всем пути своего учителя, которого постоянно хотят изловить и съесть различные духи и демоны–оборотни. Но все перипетии героев – лишь вершина айсберга. На самом деле роман о духовном пути, о преодолении зол и страданий, преподносимых человеку жизнью, и через страдания обретение истинного знания, освобождение от заблуждений и иллюзий Мары. Роман проникнут философией буддизма.
   Сунь Укун – Прекрасный царь обезьян. Сунь Укун – Великий Мудрец, равный Небу. А еще он трикстер и заносчивый маленький поганец. И к тому же мой любимый персонаж "Путешествия ..."

Yip Man 3 | Ип Ман 3 | Китай, Гонконг, 2015

   Оууу, наконец настал тот час, когда я снова вижу вас!  Всего каких–то пять лет и легендарная дилогия об Ип Мане с Донни Йеном стала трилогией. 

    На дворе 1959 год. Мастер Ип вполне освоился в Гонконге, занят преподаванием вин чунь в своей школе. Вместе с ним находится жена Вин Син и младший сын Ип Чунь, в то время как старший сын живёт и учится в материковом Фошане. Жизнь течет равномерно и спокойно, милые соседи, дружеские посиделки, но у бандитов внезапно появились свои планы относительно районной недвижимости. И тогда Ип Ман, видя неспосбность полиции изменить ситуацию, становится во главе отрядов самообороны. Пересказывать сюжет нет смысла, он довольно типичен, хорошим парням приходится противостять плохим. Но этот фильм тем и замечателен, что все вроде бы нехитрые сюжетные комбинации обыграны боевыми сценами аккурат в той мере, что держит внимание до финальных титров, не оставляя ощущения, что посмотрел простые махачества. Боевая хореография от Юань Хэпина (Матрица, Крадущийся тигр/затаившийся дракон, Убить Билла, Бесстрашный, Великий мастер и др) великолепна! Тут можно еще писать много разных восхищенных эпитетов. Это как раз тот случай, когда бои хочется рассматривать покадрово.

Shen gong yuan | Божественный дворец | Гонконг, 1964

  Ваа, какая всё‒таки прелесть это старое, пропахшее нафталином кино! Минимум реквизита, нарисованные картонные декорации, ни кадра натурных съемок, артисты по‒театральному архаичны, но всё равно прекрасны. Все, абсолютно все персонажи фильма реальные исторические лица (за исключением быть может "мебельных" служанок), но сюжет скроен полностью из устоявшихся легенд и сплетен, связанных с этими персонами. В основе истории ‒ беспрецедентная любовь молодого цинского императора Шуньчжи к наложнице Дун. И хоть Википедия предостерегает не путать дамочек ‒ "Consort Donggo (1639–1660) was a concubine of the Shunzhi Emperor of the Qing Dynasty. She is sometimes confused with Dong Xiaowan (董小宛), a courtesan who lived in the late Ming Dynasty and early Qing Dynasty" ‒ в фильме как раз показан персонаж 2‒в‒1.

  Но по порядку. 

  Дун Сяовань, одна из самых известных  куртизанок Циньхуайхэ в течение последних лет династии Мин, умна, хороша, обладает несомненными литературными талантами, состоит в близких отношениях с молодым ученым, одним из наиболее выдающихся писателей и художников своего времени Мао Бицзянем. Реальной историей им была уготована пусть недолгая, но счастливая совместная жизнь, пока Дун Сяовань не источила чахотка, а кино на то и кино. Вскоре после того, как маньчжуры захватили трон в Пекине, Хун Чэнчжоу, перешедший на сторону маньчжуров китайский высокопоставленный чиновник, появляется в чайном доме Дун в Нанкине. Он пытается убедить девушку поехать в Пекин и очаровать Доргоня, всесильного регента и дядю правящего императора Шуньчжи, акцентируя внимание на том, что именно на Доргоне лежит ответственность за массовую резню ханьского населения в Янчжоу и Цзядине. По замыслу министра Хуна, если Дун Сяовань станет супругой Доргоня, то она может найти возможность убить его в интересах миллионов китайцев по всей стране. Движимая чувством глубокого патриотизма, Дун сразу же соглашается.

  Однако, не все так просто, и по прибытии во дворец, Хун Чэнчжоу первым делом бежит во дворец наушничать Вдовствующей императрице , что мол де Доргонь совсем зарвался и даже собрался взять в наложницы китаянку ‒ хань. Из гнева и зависти Вдовствующая императрица призывает Дун во дворец в качестве обслуги императора. Казалось бы, с чего Вдовствующей Императрице так злиться на регента, ну, кроме того, что ранние цины из аристократии категорически были против какого‒либо сращивания с китайским населением. Вот тут и обыгрывается еще одна устоявшаяся легенда. Историки до сих пор не могут определиться с отношениями между князем‒регентом Доргонем и Вдовствующей императрицей Сяочжуан. Часть из них склонна считать, что та, после смерти своего мужа, императора Абахая, имела близкие интимные отношения с его братом Доргонем. Иначе никак не объясняется то факт, что после смерти последнего император Шуньчжи полишал дядюшку абсолютно всех титулов и приказал выкопать и изрубить в куски тело. Вряд ли только узурпация власти вызвала такую месть, в которой явно прочитываются личные мотивы. Но это всё из области сплетен и слухов, равно как и приписываемое Доргоню биологическое отцовство императора Шуньчжи. Но, снова кино.

Jin Guo Xiao Xiong | Сокрытая героиня, безжалостный герой | Гонконг, 2009

Title: 巾幗梟雄 

Cantonese/Mandarin title: Gan Gok Hiu Hung / Jin Guo Xiao Xiong

 И вот самые отсталые слои населения в моем лице добрались-таки до самой популярной гонконгской (TVB) тв-драмы 2009 года, которую часто упоминают как эталонную среди костюмных семейных бизнес-драм. Правда, материковые китайские зрители и критики разошлись во мнениях: с одной стороны и нравится, но с другой - вменяли плагиат по материковой драме Da Zhai Men (The Grand Mansion). Тем не менее, Rosy Business (крайне, крайне неудачное английское название) в текущий период собрала победы в основных номинациях - Best Drama, Best Actress, Best Actor, Best Supporting Actress, My Favourite Male Character and Most Improved Male Artiste. 

  По названию. Все ж таки, аутентичное название наиболее полно отражает смысл драмы  - "сокрытая героиня, безжалостный герой". Именно это и есть основные характеристики главных героев Хонг Бо-кей и Чай Гау. Опять же про имена собственные. Нет более сложной задачи, как попытаться транскрибировать на русский кантонские имена. Потому что у нас и половины таких звуков нет, да и произносятся они зачастую не так явно, как выглядят в русском написании "чх", "кх", "нг" и проч. Поэтому имена здесь написаны "топорно" и более привычно для русского глаза - Хонг Бо-кей вместо Хон Боу-кхэй.

  Но пора к сюжету. Цинский Китай, середина 19-го века. Дом владельца рисового торгового дома "Хин Фун Нинь" - полная чаша. Три жены, трое взрослых сыновей (счастье, счастье-то какое!), да и сам Чунг Киу настолько успешен в бизнесе, что давно уже является выборным главой гильдии местных рисоторговцев. Конечно, даже этих входных данных достаточно для того, чтоб закрутить интригу вокруг наследования семейного бизнеса и проч., но тут откуда ни возьмись "привет из прошлого" - Бо-кей.  

   В конце 1820-х стихийное бедствие уничтожает большинство рисовых полей в окрестностях Наньтуна, ставя большинство крестьян и жителей города на грань выживания. Мэр города принимает решение использовать городские стратегические припасы, предназначенные для снабжения имперской армии, чтобы накормить людей. Естественно, что при благополучных последующих урожаях в течении трех лет запас будет восстановлен, но волею случая именно сейчас прибывает чиновник из Пекина с инспекцией военной провизии. Обнаружив пустые склады, он приговаривает семью Хонга к смертельной казни. Лишь только дочери Бо Инь удается сбежать и, сменив имя на Бо-кей, она устраивается в качестве работницы на кухне в особняке князя Вонга, брата императора.

Lady General Hua Mulan | Хуа Мулань | Гонконг, 1964

  И, чтоб уж окончательно закрыть тему Хуа Мулань на экране, картиночек из фильма, про который я раньше написала, что он может вызвать у зрителя только "археологический" интерес. Есть, конечно, и более ранне-археологические киноверсии истории о девушке - генерале, но их практически не сыскать, да и не стоит такой задачи. К этому же фильму легендарной гонконгской студии "Шао Бразерс" питаю трепетные чувства по двум причинам: во ‒ первых, просто люблю жанр оперы ‒хуанмэй, а во ‒ вторых, безумно люблю мимику и вокал Айви Лин По ‒ безусловной звезды, одной из признанных Четырех Королев азиатского кино своего времени.

   В самой адаптации этой истории для зрителя нет ничего нового или неожиданного кроме, пожалуй, аутентичного самой легенде финала.

Guo Jie | Изгибы | Гонконг, 2013

    Удивительно тонкая и интеллигентная драма о двух людях одновременно находящихся в кризисных ситуациях. Каждый в своей. И каждый закрыт для другого в своем собственном эмоциональном мире. Иначе быть не может, они принадлежат параллельным мирам, и единственное место их пересечения - это автомобиль, который для хозяйки всего лишь статусное средство комфортного передвижения, а для водителя - источник заработка.
    Действие фильма происходит по обе стороны границы Гонконг - Шэньчжэнь. Через границу с Гонконгом, в потертом шэньчжэньском жилищном блоке водитель Фай (Чэнь Кунь) сталкивается с дилеммой: его беременная жена Тинтин (Тянь Юань) приближается к сроку рождению второго ребенка. Для того, чтобы избежать риска внушительного штрафов за нарушение политики одного ребенка в Китае, Тинтин вынуждена прятаться в квартире от соседей, а Фай в это время пытается найти финансовые, либо логистические решения, чтобы провезти жену в Гонконг для родов. Из-за тонкости гонконгских законов она не может жить с ним в Гонконге и не имеет права на охрану здоровья. Принимая решение оставить второго ребенка, Фай надеялся решить проблему, но с приближением времени родов, он чувствует себя между молотом и наковальней.

Mai tian | Пшеница | Китай, Гонконг, 2009

   Действие фильма, как и в недавно "обозретом" сериале "Легенда о военной печати" , происходит на фоне войн в поздний период эпохи Сражающихся царств (260 г. до н.э.).
  Государство Цинь вторглось в Чжао, и чжаоский ван отдает приказ о полной мобилизации для решительной битве при Чанпине. Правитель чжаоского города Лу И Цзяй Цун становится командующим всех мужчин города старше 12 лет, способных носить оружие. В городе остаются только женщины, которые в ожидании возвращения своих мужчин выполняют привычную работу по хозяйству  и присматривают за будущим урожаем. Во главе города в качестве непререкаемого авторитета стоит жена Цзяй Цуна леди Ли и старая шаманка, такое исключительно женское царство. Правда возникает вопрос - а где же старики и больные, ну хоть кто-нибудь мужского пола, кроме грудных детей. И такие разные вопросы по фильму всплывают неоднократно. Фильм скорее созерцательный, чем увлекательный. Тут нет ничего нового ни в техническом решении, ни в драматургии. Прекрасная работа оператора и художника. Виды полей со спелой пшеницей, сочной зелени, синего неба хоть и стали уже давно штампом, но тем не менее это всегда "работает".
  Гвардеец Ся, элитный воин циньской армии, по окончании сражения покидает свой пост, чтобы вернуться в свою деревню для сбора урожая. Он устал воевать в захватнических войнах, он просто хочет жить своей крестьянской жизнью. То, что должно было бы звучать как антивоенный манифест, на самом деле не очень работает, бо как линия совершенно не продумана. То есть по дорогое он прячется от своих же, циньских, ловцов дезертиров, наказание от которых за побег одно - голова с плеч, а если вдруг появится у себя дома в Цинь жать пшеницу, то как бы никто и не узнает. Еще более наивно звучит из его уст, что мол соберу урожай и вернусь в армию. По дороге к нему привязывается еще один циньский дезертир - Чжэ, малый глуповатый, трусоватый, и по-деревенски хитрожопый. Персонаж в какой-то степени комичный, но меня такой юмор отчасти раздражает (но без него никуда, типичный дурачок из китайских героических эпосов)).
   Прячась от поимки своими, они в конечном итоге попадают в Лу И, где им приходится ради сохранения своих жизней назваться чжаосцами и рассказать одиноким женщинам новости, которые те так жаждут услышать, о том, что победившие в битве при Чанпине чжаоские мужчины возвращаются домой. Конечно, в отличие от общего вдохновения толпы, ловящей каждое их слово и тут же с радостью это слово пускающей дальше, и у леди Ли, и у шаманки, и у старейшины возникают сомнения в правдивости сказанного. Ведь нет традиционного посланника-глашатого, который раньше в подобных случаях всегда оповещал по городам о победе войск Чжао. Но ведь так хочется верить в услышанное, тем более что рассказ Ся изобилует известными именами и подробностями сражения. Вот только в реале все случилось с точностью до наоборот.

Baiyin diguo | Империя серебра | Китай, Гонконг, 2009

   Китай, 1899 год. Страна охвачена восстанием ихэтуаней, цинская империя корчится в предсмертной лихорадке. Именно в это непростое время начинается рассказ о семье Кан, влиятельных представителях традиционного для Шаньси банковского бизнеса. У главы одного из пяохао (*предтеча современных банков) господина Кана четверо взрослых сыновей. Казалось бы, совершенно безоблачная перспектива в наследовании  и продолжении дела, которым семья занимается на протяжении многих поколений. Даже существует соответствующая легенда, передаваемая из уст в уста. Самый старший сын, увы, хоть и добрый парень, но глухо-немой, второй - отцов помощник в бизнесе, но слишком вспыльчив и эмоционален, третьего мы впервые видим "на дне стакана" занимающимся художественными экзерсисами на спине одной из "легких" барышень, четвертый - молодой, влюбленный, только что отпраздновал свадьбу. И в этот самый счастливый для семьи момент одна трагедия вызывает цепную реакцию, которая выкашивает семью Кан в буквальном смысле, из дееспособных сыновей остается только третий. Тут и начинает приоткрываться завеса его личной драмы, из-за которой он отстранился от семьи и отец поставил на нём крест. Шерше, как говорится, ля фамм. И ля фамм здесь нестерпимо рядом. Бывшая возлюбленная, с которой пережили сладкие муки первой любви, нынче пребывает с статусе госпожи Кан, к которой правилами этикета следует обращаться "матушка". В сложившейся ситуации отец требует от третьего сына (к слову, по традиции ни разу ни одного имени не произнесено, обращения только господин, госпожа, младший хозяин, третий  мастер) беспрекословного подчинения и вливания в семейный бизнес - "это наша обязанность перед предками". Кроме того, настойчиво намекает о необходимости продолжения рода, это тоже обязанность перед предками. Что же касается бизнеса, то даже в такие непростые и нестабильные времена семья Кан, как и её реально существовавший прототип семья Цао,  "слишком велика, чтобы обанкротиться" ("кубышка" на черный день достаточно внушительна, что позволит жить безбедно не одному поколению), но им приходится кардинально менять свои принципы работы, ориентируясь на банки западного образца, теряя свою трехвековую аутентичность и уникальную бизнес-культуру.

Beauty At War | Красота на войне | Гонконг, 2013

    Драма "Beauty At War", выпущенная гонконгской телекомпанией TVB в 2013 г., для меня особо выделяется среди существующего многообразия сериальных собратьев на дворцовую тематику. Несмотря на то, что действие происходит в Запретном Городе и даже обозначен временной период - правление императора Цзяцина - ни самого императора, ни императрицы, ни чиновников, ни наследных принцев мы тут не увидим. Вернее, пара малолетних принцев промелькнет фоново, но ни заговоров их матерей, супружниц и наложниц императора, в борьбе за будущий трон тут тоже нет. Так же нет и романтической истории с молодой красивой героиней, которая должна пройти путь к вершине иерархической лестницы, попутно обретя (или потеряв) любовь. А что же тогда есть, что держит внимание на протяжении всего показа?
    Это драма вращается вокруг технологии создания и распространения слухов, на важности контроля и направления общественного мнения. Слухи распространяются внутри и снаружи Запретного Города через аудиторию, голодную до сплетен и никогда не сомневающуюся в их достоверности. И через некоторое время большинство людей начинают верить в эти слухи, что даже самые нереальные истории в конечном итоге воспринимаются реальным. И более того, паутина лжи и сплетен становится губительной и для главных героев, которые казалось бы управляют потоком нужной информации, без разницы какие намерения у них были в самом начале.
  Но дворцовая драма в любом случае не может обойтись без любовной линии и без "интриг-скандалов-расследований", даже если они и не центральные. Cюжетных линий, к слову, в сериале и впрямь много, за что он и подвергся основной критике. А мне как раз это и понравилось.

Yi dai zong shi | Великий мастер | Китай, Гонконг, 2013

   Один из самыx ожидаемыx фильмов года, за новостями со съемочныx площадок которого следила с почти три года. Потом еще полгода ждала пока раздуплятся отечественные прокатчики. Но не вынесла душа поэта, за три недели до кинопроката скачала, посмотрела и замерла, опасаясь расплескать эмоции. Безусловно, такие фильмы надо смотреть только на большом экране. Ну, xотя бы первый раз. И большой экран лишь усилил мои впечатления. Имя Ип Мана в последние несколько лет время стало мощным брендом и про него не снимает только ленивый. В свое время я писала о ранниx экранизацияx. После этиx фильмов вышли уже два сериала и еще один фильм, с Энтони Вонгом (крайне неудачный фильм и абсолютный мискаст).
   И вот Мастер Карвай, совершенно не "кунфушный" режиссер, представляет свою версию, в которой он не просто рассказал об Ип Мане - Мастере, а создал совершенно уникальную философскую притчу о кун-фу как неотъемлемой части азиатской ментальности, украшенную балетной отточенностью постановок боев. Не говоря уже об атмосферности картинки, тонущей то в расфокусированном рыбьем жире золотого освещения, то играющей на контрасте цвета и черныx силуэтов. Ну и конечно, так любимые Карваем многочисленные зеркальные преломления. Слов нет, до чего же он визуал - перфекционист.  Это будто ожившие картинки из журналов тридцатыx годов.

Голуби Джона Ву

  Помыкавшись на ранниx этапаx карьеры с кунфу - фильмами и комедиями, к середине 80-x Джон Ву наконец-то нашел свою "золотую жилу" - криминальные боевики в жанре "героического кровопролития". У режиссера формируется свой узнаваемый стиль, одним из фирменныx знаков которого стало почти обязательное появление в кадре голубей. Как рассказывал сам Джон Ву в одном из своиx старыx интервью, что суровое детство, проведенное в трущобаx, было сродни аду, этакая жестокая школа выживания. И всякий раз, получая травму или в минуты особой горечи, он прятался в церкви. Церковь давала ему успокоение и со временем он стал xристианином. "И поскольку я христианин, я люблю белыx голубей. Они представляют мир, любовь и невинность, так вот почему я люблю иx использовать в своиx фильмаx."

  В фильме "Наемный убийца / Dip huet seung hung" кровавая эстетика жестокости и насилия достигает балетной отточенности картин о боевых искусствах. Одна из самыx впечатляющиx сцен - финальная перестрелка в церкви. Кровь и месиво в изумительно белыx интерьераx. И голубь, как проводник души погибшего героя.

Киносмотрины: Китай

    Говоря в общем о китайских фильмаx следует помнить, что они условно делятся

на три региональных блока, заметно отличающихся друг от друга кинематографическими школами: Гонконг, Тайвань, и непосредственно сам материковый  Китай. Но я вот такой великокитайский шовинист, что у меня они всегда в одной куче под тегом "chinese".

Путешествие на Запад: Покорение демонов / Xi you xiang mo pian / 2013

   Совершенно безбашенная адаптация классического сюжета от Стивена Чоу. Впрочем, как и все, что выходит из-под пера и камеры этого талантливого некогда артиста, а ныне и не менее талантливого режиссера и сценариста. Имя Стивена Чоу посвященному зрителю сразу говорит, что речь пойдет о комедии, и не просто со смешными эпизодами, а гротескной на грани фарса! Чоу в этом непревзойденный мастер, ведь именно он привел жанр mo lei tau (бессмысленной) комедии к узнаваемому и любимому зрителям уровню. Правда, кто не знаком с оригиналом, может и не оценить иронию и переосмысление персонажей (особенно шикарны визуальные изменения Чжу Бацзе). Но это не беда для фильма с хорошо продуманным сценарием и тщательно проработанными характерами героев. 

   Отдельный восторг - Сунь Укун в исполнении Бо Хуана. Это не просто персонаж с обезьяньими повадками, а объемный характер, хитрый, лукавый, подлый во время заточения и беспощадный демон, который "мочит всех в сортире", помогая своему спасителю.

_________________________________________________________________________________

Yip Man & Greensleeves.

  Неожиданно для себя вперые при пересмотре "Ип Мана" обратила внимание на музыку, под которую произошла его первая встреча с будущей женой Чеун Вин Син.
"Английская народная песня" )). Привет Генриху нашему, так сказать Тюдору!

По замыслу создателей фильма эта мелодия стала основной музыкальной темой линии романтических отношений между героями.

А здесь можно посмотреть как трогательно Чеун Вин Син вышивает подарок Ип Ману

Jiao zi | Пельмени | Гонконг, 2004

    Если спросить меня кого из операторов мирового кинематографа я могу назвать без запинки, то безусловно первым в списке будет Кристофер Дойл. Кудесник камеры, снявший все фильмы Вонга Кар Вая ( "Прах времен" я и по сей день считаю лучшим, снятым в этом жанре; впрочем,  жюри Венецианского фестиваля в 1994 году посчитало так же, выдав Дойлу Золотого льва за операторскую работу в этом фильме). Кроме того в его арсенале и работы с Гасом Ван Сентом, М. Найтом Шьямаланом и Чжаном Имоу. Тот самый "Герой" Чжана Имоу с Джетом Ли, взорвавший мировые кассы, был снят камерой Кристофера Дойла. Просматриваю между делом фильмографию Дойла с менее известными режиссерами. Есть такой гонконгский режиссер Фрут Чан, засветившийся на заре своей карьеры боевиком с Джеки Чаном и Саммо Хунгом. И вот почти через двадцать лет, в содружестве с камерой Кристофера Дойла, он выдает фильм, трудно поддающийся у меня определению жанра.

Богатая женщина госпожа Ли теряет свою привлекательность и жаждет, чтобы в ее отношения с мужем вернулась страсть. Чтобы улучшить свою внешность, она обращается за помощью к Мэй, местной поварихе. Мэй готовит для нее специальные пельмени, которые, как она утверждает, обладают омолаживающим действием. Позднее выясняется, что специальными ингредиентами были недоношенные зародыши, взятые из клиники абортов, где раньше работала Мэй. В конце концов Мэй рассказывает об этом госпоже Ли, которую это не приводит в ужас. Она продолжает искать более сильнодействующее средство, и однажды ей улыбается удача: Мэй только что сделала подпольный аборт школьнице на пятом месяце, которая забеременела от отца. Когда госпожа Ли заходит на кухню и видит зародыш, то поначалу приходит в ужас и убегает, но потом возвращается. Мэй делает пельмени с начинкой из зародыша, которые госпожа Ли съедает. Это оказывает волшебное действие на ее либидо: она отправляется в больницу и занимается любовью с мужем ...

   Если по прочтении синопсиса картины вы подавили рвотные рефлексы меньше двух раз, то можете смело приступать к его просмотру, потому что это еще не конец картины. Я настраивалась почти месяц)). В общем, если сразу настроить себя на то, что смотришь фильм из серии "Байки из склепа" (помните такие?), то восприятие от этого значительно выигрывает).