Adipurush | Адипуруш | Индия, 2023

  Я люблю повторять, что в индийском кино достаточно слегка потереть любой фильм — и из него обязательно начнет выглядывать либо "Махабхарата", либо "Рамаяна". Так вот, Ом Раут решил ничего не тереть. Он просто взял "Рамаяну", запихнул ее в один котел с "Властелином колец" и "Планетой обезьян", щедро присыпал компьютерной графикой и объявил, что сейчас мы увидим современное прочтение великого эпоса. Получилось... скажем так, смело. И очень печально.

  Сюжет в целом узнать можно. Рагхав (то есть Рама, которого почему-то решили переименовать) вместе с братом Шешем (Лакшманом) и Джанаки (Ситой) живут в изгнании. После встречи с Шурпанкхой начинается цепочка событий, известная каждому, кто хоть немного знаком с эпосом: похищение Джанаки, поход на Ланку, союз с царем обезьян и великая битва с Раваной. Правда, самого Равану здесь тоже решили переименовать в Ланкеша. Зачем понадобилось менять имена персонажей, известных всей Индии (и не только), — вопрос, на который фильм так и не отвечает. Вообще создается ощущение, что авторы отчаянно боялись собственного первоисточника. 

  "Рамаяна" —  история не только о битве добра и зла. Это история о дхарме, долге, достоинстве, самопожертвовании и идеальном правителе. А здесь от всего этого остался лишь набор знакомых имен и обязательных сюжетных остановок.

Kalki 2898 AD | Шамбала. Конец Времен | Индия, 2024

  Индийское кино — это святое, не сметь мне тут хихикать. И я постоянно говорю, у них любой фильм если "потереть", то оттуда либо Махабхарата сыпется, либо Рамаяна. А если ещё и такое эпичное, то сам Кришна велел!

 Kalki 2898 AD — это тот случай, когда индийцы посидели, подумали, и решили: "А давайте скрестим "Безумного Макса", "Звездные Войны", индуистские пураны и скинем в это ведро бюджет размером с полстраны". 

  Сюжет простой: мир 2898 года — сплошная помойка. Остался один город Каши (он же Бенарес, он же Варанаси), над ним висит перевернутая пирамида Комплекса, где правит двухсотлетний Верховный Яскин (Камал Хасан, загримированный до неузнаваемости) . Он тянет жизненную силу из беременных женщин, коих организован целый конвейер по извлечению сыворотки плода.

 И одна из них, Сум-80 (Дипика Падуконе), оказывается той самой "Мамой", которая носит в себе Калки — десятый аватар Вишну, который должен всех спасти. Но сначала надо спасти её. И бойцы Сопротивления тут как тут.

 А дальше начинается мясо:

Бахубали: Завершение / Baahubali: The Conclusion (2017)

   Долгожданная зрителем вторая часть эпика должна была дать ответ на заявленный на высокой ноте в финале первой части вопрос — за что "преданный пёс" Каттапа убил Амарендру Бахубали.

  Пересказывать сиё  почти трёхчасовое действо, как это было сделано в первой части, чрезвычайно сложно. Бо как возникает желание расписать и проанализировать каждый эпизод. Гораздо больше, чем оценивать само зрелище, мне было любопытно "считывать" Махабарату в интерьерах фиктивной истории царства Махишмати. Естественно, фильм для индийского зрителя гораздо более понятен, в нём много пластов, которые нам недоступны в силу разного ментального и культурного кода. И я могу только в силу ограниченности свои знаний предполагать, почему он вызвал такой небывалый доселе фурор, не только в Южной Индии, но и на всем субконтиненте.

Baahubali:The Beginning | Бахубали: начало | Индия, 2015

   Да, я таки сделала это! Наконец‒то закончила растянувшийся на полгода просмотр этого блокбастера, порвавшего в прошлом году индийские кассы. Примечательно то, что это продукция южноиндийских кинематографистов, а выстрелила так неистово повсеместно. Но я совсем не индийский зритель и если хиндоязычный Болливуд не всяк фильм пройдет, то к телугу‒тамил этсетера отношусь весьма настороженно. Вернее, относилась). Недавний марш‒бросок по региональным индустриям снял долю скепсиса: есть, есть и там достойные вещи.

   Но вернемся к предмету просмотра. Первый заход на просмотр я закончила на 18-й минуте, когда эпического сложения и роста Прабхас, влегкую перетаскивающий с места на место многотонные лингамы, вдруг бодренько запрыгал в кадре под струями водопада. Этот стон у нас танцем зовётся. Право слово, мне даже стало за него неловко, потому и выключила). Но природа снята и нарисована восхитительно.